Христианские авторы I–IV веков о спорте

sport1Существует мнение, что отцы Древней Церкви спорт запрещали как дело небогоугодное. Правда ли это?

Ответ на этот вопрос не будет однозначным, поскольку, с одной стороны, высказывания христианских богословов и учителей Древней Церкви помогают уяснить суть христианского отношения к спорту, с другой стороны, спорт первых веков христианства и спорт современный — вещи все-таки разные.

В первые века христианства Олимпийские игры были самыми известными αγωνοι, что буквально переводится как соревнования. Они появились в далекой Античности как часть языческого культа: все существующие мифы об их начале связаны с именами богов греческого пантеона. Первый и последний дни соревнований сопровождались жертвоприношениями. Атлеты умилостивляли идолов и благодарили их за победу. По образцу Олимпийских игр учреждались другие: Пифийские игры, Истмийские игры, Немейские игры также были частью языческого культа конкретных богов.

Олимпийские игры долгое время сохраняли высокие идеалы. Они занимали важное место в общественной жизни. На время их проведения прекращались войны, главным принципом выступления атлетов была честность. Участники долго и упорно готовились, тренировались, закаляли тело и дух. Победа на Олимпийских играх была престижной не только для победителя, но и для полиса, который он представлял.

gladiator_11aС упадком греческой культуры и с подпаданием Греции под власть Рима ситуация менялась. Игры все более походили на римские spectaculis — «зрелища» или, как сказали бы сейчас, на спортивные шоу. Атлеты жульничали, к соревнованиям допускались не только граждане Греции, что изначально было запрещено. Например, олимпиоником был даже Римский император Нерон, который выиграл с известной долей императорского везения заезд на колесницах.

Другой формой спортивных соревнований были уже упомянутые римские spectaculis. В Римской империи, как известно, среди народа, требующего «хлеба и зрелищ», эти самые зрелища были популярны. Так же как и Олимпийские игры, spectaculis имели языческие корни и появились из этрусского ритуала, когда во время похорон убитых воинов в жертву приносились пленные и рабы. Позднее обреченных на смерть (их место на арене часто занимали христиане) заставляли драться друг с другом, натравливали на них диких зверей, устраивали военные инсценировки, в которых обыгрывалось то или иное историческое сражение. Подобные забавы стали весьма популярными, а присутствие на трибунах было почетной обязанностью гражданина, поскольку убитые в гладиаторских боях или в военных инсценировках продолжали считаться жертвой в честь умерших предков[1].

gladiator_12cИдоложертвенное происхождение αγωνοι и spectaculis, разумеется, противоречило основам христианской веры. Надо пояснить, что в Римской империи христиане были, по сути, единственными, кто относился всерьез к языческим жертвоприношениям. Для римских граждан языческая религия была формальной традицией, которую нельзя было нарушать, так как она была одной из основ римской государственности. Верил римлянин в того, кому приносил жертву, или нет — никого не волновало. Но христиане знали, что идолы — это бесы, жаждущие погубить душу человека, а потому отказывались приносить им жертвы и участвовать в языческих мистериях. «…Если мы отреклись от идолопоклонства,- писал Тертуллиан,- то нам нельзя присутствовать при делах, с идолопоклонством связанных, не потому, чтоб идол был чем-то значимым, как говорит апостол (1 Кор. 8, 4; 10, 19), но потому, что жертвы, приносимые идолам, приносятся бесам, в них обитающим, будь то статуи умерших людей или мнимых богов»[2]

Но отцы Древней Церкви осуждали античный и римский спорт также по ряду других причин.

73045583_coliseum8На трибунах Колизея сознание человека менялось. Невозможно было, поприсутствовав на собрании язычников, на «совете нечестивых», сохранить в себе образ Божий, не впасть в такие гибельные состояния души, как гнев, ярость, раздражение, злоба, осуждаемые апостолом Павлом (см.: Еф. 4, 31). Ментальная зависимость от орущей толпы, жаждущей кровавых зрелищ,- с подобной психологической атакой мог справиться разве что человек великих духовных
дарований. Об этом писал Иоанн Златоуст, когда некоторые из его слушателей после беседы с ним отправились на скачки, где «впали в такое неистовство, что наполнили весь город непристойным шумом и криком, возбуждающим смех, лучше же сказать: плач»[3]. Он сравнил подобное поведение с прелюбодеянием и недоумевал, почему слушатели приходили к нему за наставлениями, если затем предались подобным нечестивым делам: «…если кто после этого увещания и наставления пойдет на нечестивые и гибельные зрелища, того я не впущу внутрь этой ограды, не сделаю причастником таинств, не позволю ему прикоснуться к священной трапезе; но как пастыри отделяют шелудивых овец от здоровых, чтобы болезнь не распространилась и на прочих, так точно поступлю и я»[4],- строго предупреждал святитель.

nov5-191210

Святитель Феофил Антиохийский

Убийство — смертный грех. Участие в убийстве — грех не менее тяжкий. Для христианина греховно не только желание убить, но также присутствие при убийстве. Это было еще одной веской причиной, почему христианин не должен был ходить на гладиаторские бои. Святитель Феофил Антиохийский писал: «…непозволительно нам смотреть даже на игры гладиаторов, чтобы нам не быть участниками и свидетелями убийства»[5].

Разумеется, среди христиан находились такие, кто стремился оправдать греховные пристрастия и даже обосновывал свои утверждения с богословской точки зрения. Среди любителей скачек был популярен ветхозаветный образ пророка Илии — «возницы Израилева»[6]. Опираясь на соответствующие места Священного Писания, некоторые из карфагенских христиан оправдывали приходящих на трибуны, утверждая, что наслаждение зрелищами не только не возбраняется, но способствует «успокоению души».

Saint_Cyprian_of_Carthage

Св. Киприан Карфагенский


Подобные утверждения осуждал Карфагенский епископ Киприан. «На это я сказал бы,- писал священномученик,- что подобным людям гораздо лучше вовсе не знать Писания, чем понимать его таким образом; потому что выражение и примеры, которые представлены для поощрения к евангельской добродетели, обращаются ими к защите пороков,- тогда как они изложены в Писании не для того, чтобы приохотить к зрелищам, но чтобы чрез них душа наша воспламенилась большим стремлением к предметам полезным, припоминая подобные стремления у язычников к предметам бесполезным»[7]. По его мнению, Священное Писание запрещает все виды зрелищ, поскольку корнем их является грех идолопоклонничества.

papa-kliment

Св. Климент, папа Римский

Осуждая языческую сущность αγωνοι и spectaculis и отмечая их пагубное действие на душу человека, отцы Церкви I-IV веков иногда прибегали к спортивной терминологии в своих творениях. В этом нет ничего удивительного. Для первых христианских богословов было естественным использовать языческие термины и образы, наполняя их христианским смыслом. Образ тренирующегося ради победы атлета, борца был близок христианскому сознанию. В духовном смысле истинными атлетами были мученики, подвизавшиеся в нелегком подвиге стояния за веру, ведущие брань духовную за вечную награду на небесах.

Так, например, святой Климент Римский называл мученически пострадавших апостолов Петра и Павла и «завистью гонимых» мучениц-христианок «ближайшими подвижниками нашего поколения». Здесь он использовал существительное αθλητης в значении подвижник, что буквально означает «спортсмен», «атлет», «борец»[8].

4170__428c5de2ebad6

Св. Игнатий Богоносец

В таком же смысле слово αθλητης использовал Игнатий Богоносец. В письме священномученику Поликарпу Смирнскому он увещевал своего друга: «Будь же бдителен, как подвижник Божий»; «Стой твердо, как наковальня, на которой бьют. Великому борцу свойственно принимать удары и побеждать»[9]. Похожие тексты есть в трудах святителя Григория Богослова: «Итак, поприще открыто; вот и подвижникблагочестия! — С одной его стороны Подвигоположник Христос, вооружающий борца Своими страданиями…»[10].


Тертуллиан проводит аналогию между временной победой на арене Колизея и небесным подвигом мученичества за веру. Христианам, осужденным на смерть и ожидающим день казни в темнице, он советует как воинам Христовым закалять тело и дух и готовиться к предстоящей битве с врагом невидимым. Если собравшиеся в день их казни на трибуны стадиона язычники увидят только неистовую, кровавую расправу, то им уготован невидимый бой. «Вам предстоит прекрасное состязание, устроитель которого — Бог Живой, распорядитель — Святой Дух, а призами служат вечная жизнь, ангельское обличье, небесная обитель и слава во веки веков. И вот, ваш наставник Иисус Христос, Который умастил вас Святым Духом и вывел на эту борцовскую площадку, пожелал, чтобы вы накануне состязания подвергли себя определенным ограничениям для укрепления сил. Ведь и борцы для укрепления тела соблюдают строгий режим: воздерживаются от роскоши, от тонких лакомств и изысканных вин. Чем больше они потрудятся в воздержании, тем больше уверены в предстоящей победе. Но они, по словам апостола, ищут тленных венков, а мы стремимся стяжать нетленный (1 Кор. 9, 25). Так будем же тюрьму считать площадкой для тренировок, откуда нас выведут подготовленными на старт: ведь мужество в испытаниях крепнет, тогда как роскошь его расслабляет»[11].

hjNGUtMGYРазница между подвигами языческих спортсменов и подвигами христиан, которую подчеркивал Тертуллиан, заключалась в целях подвижничества. Атлет искал земной славы, победы на соревнованиях. Целью христианина была жизнь вечная, неоскудевающая награда на небесах. К подобной метафоре прибегал сам апостол Павел. В Послании к Коринфянам он писал: Не знаете ли, что бегущие на ристалище бегут все, но один получает награду? Так бегите, чтобы получить. Все подвижники воздерживаются от всего: те для получения венца тленного, а мы — нетленного. И потому я бегу не так, как на неверное, бьюсь не так, чтобы только бить воздух; но усмиряю и порабощаю тело мое, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным (1 Кор. 9, 24-27). Словом «подвижники» в русском тексте переводится греческое причастие αγωνιζομενος от глагола αγωνιζομαι, что также переводится как «соревнующиеся», «состязающиеся», «борющиеся».

ternovyi_venetsПоражает упорство, с каким атлеты двигались к победе: все новые и новые формы тренировки, бесконечное совершенствование приемов. И все это — ради лаврового венка, со временем высыхающего и превращающегося в пыль.
Подобного упорства часто не хватает нам, христианам, в достижении целей куда более важных и великих. Святитель Василий Великий, указывая юношам, что путь в Царствие Небесное тернист и требует постоянных духовных упражнений, приводил в пример великих олимпиоников Полидама[12] и Милона[13], которые, претерпев множество трудностей, боролись за венок из дикой маслины. «Ужели же нам,- вопрошал святитель,- которым за жизнь предлежат награды столь удивительные по множеству и величию, что не возможно и словом их выразить, когда спим на оба уха и проводим жизнь в большой беспечности, остается взять только эти награды левой рукою?»[14].

sv_Vasiliy_Velikiy

Св. Василий Великий

Кроме подобных метафор и образов, позволяющих уяснить суть христианского отношения к спорту, в святоотеческих творениях есть конкретные рекомендации христианам, занимающимся физкультурой. Климент Александрийский в его знаменитом «Педагоге» писал: «…гораздо полезнее для юношей гимнастические школы… они укрепляют здоровье молодых людей, пробуждают в них соревнование и честолюбие, направленное на развитие не только телесного, но и душевного здоровья. И если занятиям этим отдаются без отклонения от дел более важных, то это прекрасно и не бесполезно. «…» Из мужчин же одни могут в нагом виде бороться, другие в мяч играть, особенно на открытом воздухе в так называемую игру фенинду; другие пусть довольствуются путешествием по стране и прогулками по городу»[15].

sv-Kliment

Св. Климент Александрийский

Олимпийские игры были запрещены в 394 году императором Феодосием Великим, а в 400 году были окончательно прекращены гладиаторские бои. Запрет на проведение Олимпиады в наши дни часто вызывает упреки в адрес христиан: «Это мракобесы… это они идею похоронили на 1500 лет». Однако из приведенных выше источников видно, почему игры были запрещены. Тогда они были не просто «пережитком язычества», но были частью языческого культа. После Медиоланского эдикта Римская империя постепенно становилась христианской. Для поколения, воспитанного в духе христианской нравственности, было естественным отторгнуть все, что связывало с языческой эпохой. И несмотря на то, что этот процесс происходил довольно долго, решение императора Феодосия было логичным и закономерным. Не вызывает сомнений тот факт, что Олимпийские игры, возобновленные в 1896 году, это абсолютно другие соревнования, чем те, которые проводились в далекой Античности.

Таким образом, можно сделать определенные выводы о том, как отцы Древней Церкви относились к спорту.

Они осуждали идоложертвенное содержание αγωνοι и spectaculis. Христиане не могли присутствовать на трибунах, поскольку ментальная зависимость от языческой толпы вводила людей в неистовое, греховное состояние души. Быть свидетелем убийств, в том числе случившихся в гладиаторских поединках, также запрещалось.

1223653009_b53e200061383015f5f04ff23f47782f_fullОтцы Церкви одобряли упорство и аскетические упражнения языческих атлетов, но порицали цель их подвигов — победу ради тщеславия и земных почестей. Они призывали искать вместо локальной победы на Олимпийских играх и на аренах Колизея, вместо земной славы и лаврового венка — вечную, неоскудевающую награду — венец правды (2 Тим. 4, 8). И можно лишь удивляться, насколько правы они были!

Тщеславие — главный грех спортсменов, к сожалению, выдержавший испытание временем. В спорте поменялось многое, но желание «быть великим» здесь, на земле — осталось. Сегодня упорство и трудолюбие свойственны далеко не всем спортсменам. И когда что-то не получается, тренировки оказываются неэффективными, победы не приходят, чрезвычайно велик соблазн пойти легким путем, обратиться к помощи медицины — к допингу…

Очевидно главное: отцы Церкви порицали в спорте то, что уводит человека от Бога, иссушает и убивает его душу, иными словами, то, что противоречит истинным христианским ценностям.


К СОДЕРЖАНИЮ

 


[1] «Оно называется “долг” или “повинность”, что, в сущности, одно и то же. «…» Зрелище это впоследствии становилось тем приятнее, чем было жесточе, и для вящей забавы людей стали отдавать на растерзание хищникам. Умерщвляемые таким способом считались жертвой, приносимой в честь умерших родственников. Но жертва эта — не что иное, как идолопоклонство».Тертуллиан Квинт Септимий Флорент. О зрелищах. § 12 // Тертуллиан Квинт Септимий Флорент. Избранные сочинения: [Пер. с лат.] / Сост., [вступ. ст.] и общ. ред. А.А. Столярова. М., 1994. С. 285.

 

[2] Тертуллиан Квинт Септимий Флорент. О зрелищах. § 13. С. 285.

 

[3] Иоанн Златоуст, святой. Беседа против оставивших церковь и ушедших на конские ристалища и зрелища // Иоанн Златоуст, святой. Полное собрание творений: В 12 т. Т. 6. Кн. 2. М., 1999. (Репр. с изд.: СПб., 1900). С. 561.

 

[4] Там же. С. 565.

 

[5] Феофил Антиохийский, святой. Послания к Автолику. Кн. 3, § 15 // Ранние отцы Церкви: Антология / Пер. протоиерея Петра Преображенского. Брюссель, 1988. С. 510.

 

[6] См.: Киприан Карфагенский, священномученик. Книга о зрелищах // Киприан Карфагенский, священномученик. Творения. М., 1999. (Б-ка отцов и учителей Церкви. Т. VI). С. 379.

 

[7] Киприан Карфагенский, священномученик. Книга о зрелищах. С. 378.

 

[8] См.: Климент Римский, святой. Первое Послание к Коринфянам. Гл. 5-6 // Ранние отцы Церкви: Антология. Брюссель, 1988. С. 45-46.

 

[9] Игнатий Богоносец, святой. К Поликарпу. Гл. II, III // Ранние отцы Церкви: Антология. Брюссель, 1988. С. 141. В греч. оригинале: Νηφε ως θηου αθλητης… Σηθι εδρα ιος ως ακμων τυπομενος. Μεγαλου εσιν αθλητου το δερασθαι και νικαν. (Epistolae sankctorum patrum, apostolicolium Clementis, Ignatii, et Policarpum at Cive. Durum posteriorum martyria omnia graece et latine. University of Chiсago. V. 2. Pg. 15).

 

[10] Григорий Богослов, святитель. Слово 7, надгробное брату Кесарию, говоренное еще при жизни родителей // Григорий Богослов, святитель. Собрание творений: В 2 т. ТСЛ, 1994. (Репр. с изд.: СПб., [1912]). Т. 1. С. 167.

 

[11] Тертуллиан Квинт Септимий Флорент. К мученикам. § 3 // Тертуллиан Квинт Септимий Флорент. Избранные сочинения. М., 1994. С. 275.

 

[12] Полидам из Скотусс ( 408 г. до н.э.) — олимпионик, выиграл панкратион — вид рукопашного боя. О его огромной силе ходили легенды: однажды он убил льва голыми руками, останавливал колесницы на полном ходу.

 

[13] Милон Кротонский (ок. 520 г. до н.э.) — знаменитый греческий атлет, шесть раз становился победителем Олимпийских игр. Изобрел оригинальный способ тренировки: намазывал круглый щит маслом и вставал на него и таким образом тренировался держаться устойчивей на ногах.

 

[14] Василий Великий, святитель. Беседа 22. К юношам о том, как получать пользу от языческих сочинений // Василий Великий, святитель. Беседы. М., 2001. С. 338.

 

[15] Климент Александрийский. Педагог. Кн. 3, гл. 10. М., 1996. С. 241.

 

Дата последнего изменения: 01.10.2015