Проповедь протоиерея Георгия Климова в Неделю 15-ю по Пятидесятнице, по Воздвижении. 29.09.2019

С воскресным днем, дорогие братья и сестры! Сегодняшняя Неделя именуется Неделей по Воздвижении. В воскресном евангельском чтении мы с вами слышали слова Господа, которые являются основополагающими в деле нашего спасения (см.: Мк. 8, 34-38).

Христос говорит: Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною (Мк. 8, 34). Далее Он говорит о том, что для Спасения необходимо погубить свою душу ради Него и Евангелия, и добавляет, что тот, кто хочет душу свою сберечь, тот погубит ее. Это очень важные слова и верующему человеку не всегда просто осознать всю их важность и в то же время простоту.

Тот, кто внимательно слушал сегодня апостольские и евангельские чтения, мог обратить внимание на то, что они объединены одной важной темой – взаимоотношения закона и веры, закона и любви (см.: Гал. 2, 16-20). В Послании к Галатам апостол Павел говорит такие слова: «Аз бо законом закону умрох, да богови жив буду», – то есть законом умер для закона, чтобы жил в нем Христос. «А если, – говорит апостол Павел, – я до сих пор живу во плоти, то живу для того, чтобы быть со Христом» (см.: Гал 2, 19-20). Как понимать эти слова? Апостол Павел утверждает, он законом умер для закона.

По словам Христа, наибольшие заповеди – возлюбить Бога всем сердцем, душею, силою и крепостью, а также возлюбить ближнего как самого себя. На этих двух заповедях держится весь закон.

Второе евангельское чтение повествует о том, что некий законник подходит ко Христу и спрашивает о  наибольшей заповеди, которую нужно сотворить для спасения (см.: Мф. 22, 35-46). Он слышит в ответ слова Христовы о том, что наибольшая заповедь – это возлюбить Бога всем сердцем своим, всею душею своею, всею силою, крепостью своею. А другая заповедь – возлюбить ближнего своего как самого себя. И Господь добавляет, что на этих двух заповедях держится весь закон.

Апостол Павел как никто другой хорошо владел знанием учения о вере, которое принес Христос, об оправдании верою. Апостол понимает, что наш Спаситель, поскольку был воплотившимся Богом, удовлетворил закон Своею Жертвою, принеся ее за всех абсолютно. Закон говорил: если человек не исполнит хотя бы одну из заповедей, будет проклят. Закон говорил: будет проклят всякий, висящий на древе. И вот, на древе висел Тот, Кто смертью освобождал каждого человека, умирал за всякого человека, проклят был Законом за каждого человека. Поэтому апостол Павел говорит, что он уже свободен от дел закона.

Итак, мы свободны от закона, но, к сожалению, дела законнические творим: человеку очень просто заниматься исполнением внешних дел, направленных на то, чтобы спасаться. Вообще мечта, наверное, многих – спастись через обряд: не надо глубинно напрягать свое естество, необязательно и каяться и кого-то любить. Делай одно дело за другим, исполняй дела закона – и все, Господь зачтет все это и спасет тебя. Именно этим страдали ветхозаветные иудеи: они полностью и целиком устремились в исполнение дел закона, и больших и малых.  С другой стороны, дела веры всегда сокрыты от глаз людей, невидимы и незримы ни для кого. И человеку этими делами веры спасаться очень тяжело, ему нужно постоянно свидетельство извне, от других людей в том, что он похож на того, кто идет путем спасения. И мы постоянно сбиваемся на эту стезю исполнения внешних дел, чтобы быть увиденными другими, чтобы показаться в глазах других спасаемыми. А Господь говорит о другом – о необходимости несения своего креста.

Исполнять внешние дела для своего спасения просто, а делами веры спасаться очень тяжело: они невидимы для людей и у нас нет свидетельства извне в том, что мы идем путем спасения.

И еще очень важный момент. Как только Спаситель называет две наибольшие заповеди – любви к Богу и ближнему своему – Он вдруг, на первый взгляд, безо всякой связи с вышесказанным задает фарисеям и народу вопрос: «Что вы думаете о Христе, чей Он Сын?». Ему отвечают: «Давидов». И на это Господь говорит: «А как же тогда Давид духом Божиим говорит: рече Господь Господеви Моему: седи одесную Меня?». То есть Христа, или Мессию, богодухновенный пророк Давид называет таким же именем, каким называет и Самого Бога. Итак, если он Господом Христа называет, как же Он сын ему? Может ли тот, Кто носит божеское имя, приходиться сыном Давиду? (см.: Мф. 22, 41-46)

Этот вопрос приводит фарисеев в недоумение. Но на самом деле Христос ставит их перед единственно правильным ответом: Христос есть Сын Божий в первую очередь, и это самое главное. Говоря о заповеди любви к Богу, Господь, наверное, хотел этим засвидетельствовать, что истинно Бога любить может только тот, кто Христа исповедует Сыном Божиим.

Многие исповедуют Христа сыном человеческим, Он нужен нам как человек, помогающий в земных делах. Так мы уходим от исполнения заповедей спасения по вере, а не по закону.

Что значит исповедует? Не просто на словах, не просто устами, не просто в мыслях. Это имеет непосредственно отношение к нам. Если мы внимательно посмотрим, как мы Христа исповедуем, иными словами, что мы ищем от Него, окажется, что очень многие исповедуют Его сыном человеческим, человеком, Он нужен нам как человек, помогающий нам в человеческих делах и заботах. Таким образом мы уходим от исполнения истинных заповедей спасения по вере, а не по закону.

Как христианину этого избежать? Можно обратиться к опыту тех, кто каким-то образом избавился от этого искушения исполнений дел закона. Один верующий человек, рассуждая над этой темой, говорит так: «Всю жизнь я считал, что учусь правильно жить, а на самом деле я учился для того, чтобы умереть». На первых взгляд, загадочные слова. Но они раскрываются именно в контексте темы, о которой мы говорим. Человек пытался научиться стяжать в этой жизни счастье, но что бы он ни делал, все было направлено на то, чтобы он умер вечной смертью, и он уходил от Бога все дальше и дальше.

Другой подвижник благочестия в своем дневнике написал: «Как мало нужно человеку для спасения и как много нужно костылей человеку, чтобы умереть». Что он имел в виду? Он хотел сказать, что пристрастие человека к этому миру, научно-техническому прогрессу в частности, отвлекает его от самого главного – от дела спасения.

Антиномией любви к Богу является любовь к миру. Господь неслучайно говорит: не можете любить и Бога и маммону. Если истинной любви к Богу нет, значит, мы любим мир.

Поставим принципиально важный вопрос: что является антиномией любви к Богу, истинной и спасительной? Это любовь к миру. Господь неслучайно говорит: не можете любить и Бога и мамону, не можете работать и одному и другому (см.: Мф. 6, 24).

Почему это важно для нас? Потому что человеку иногда кажется, что он спокойно справляется с такой ситуацией: он и Бога любит и не может без Него, и мир любит, все хорошо. Но на самом деле это не так. Господь говорит об истинных критериях проверки наших чувств: мы должны Бога любить всею душею, всею крепостью, всею силою, всем помышлением своим. Достаточно просто честно ответить себе на вопрос, люблю я Бога так или нет. Люблю я Его так, как пророк Давид, который в псалме говорит: «Вся кости моя это рекут: Господи, Господи, кто подобен Тебе» (см.: Пс. 34, 10). Если этого нет, то никакой любви к Богу нет, а это значит, что мы любим мир со всеми вытекающими отсюда последствиями: и пристрастием к миру, и увлечением миром, и попытками найти счастье в этом мире, которое может только увести нас от истинной любви к Богу.

И поэтому в сегодняшний день, когда мы вспоминаем о крестоношении, говорим о том, что мы умерли для дел закона, что наибольшей заповедью является заповедь любви к Богу, мы можем сказать, что истинно нести крест, умереть для закона и начать спасаться может только тот, кто возлюбит своего Господа всем сердцем, всею крепостью, всею душею и всем помышлением своим. Хочется всем нам, дорогие братья и сестры, пожелать, чтобы мы возлюбили Бога, по крайней мере, возжелали того, чтобы Его возлюбить.

Аминь

Проповедь протоиерея Георгия Климова,

произнесенная в храме иконы Божией Матери

«Нечаянная Радость» в Марьиной роще,

в Неделю 15-ю по Пятидесятнице.

29.09.2019

 

Дата последнего изменения: 09.10.2019