Крест стал условием нашего возвращения в рай. Интервью прот. Георгия Климова журналу «Покров»

prot.-Georgiy-KlimovВеликопостное чтение Евангелия с преподавателем Московской Духовной Академии и Высших Богословских курсов при МПДА, настоятелем храма Живоначальной Троицы на Пятницком кладбище, благочинным Троицкого округа г. Москвы протоиереем Георгием Климовым.

– Отец Георгий, говорят, Великий пост – дорога возвращения в рай. Что в Евангелии говорится об этом возвращении?

– Тема возвращения наиболее ярко раскрывается в притчах. Например, в притче о заблудшей овце (см. Лк. 15:3-7), которую надо спасти от верной гибели, вернув в родное стадо. Толкователи учат: 99 овец – это сонмы Ангелов, а заблудшая овца – падший человек, ради спасения которого Сам Бог снисходит на землю. Здесь Христос как Пастырь Добрый ищет душу заблудшую, но это всегда встречное движение. В притче о блудном сыне, ушедшим на страну далече, сказано: «пришел в себя» (Лк. 15:17). Это можно понимать двояко: с одной стороны, вспомнил, кто он есть, с другой, осознал, кем является сейчас. Это суть покаяния – в нем всегда есть разность потенциалов, которую надо, предприняв усилие над собой, преодолеть.

«Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11:12). Но также сказано: «Сила Божия в немощи совершается» (см. 2 Кор. 12:9). Как совмещается одно с другим?

– В духовной жизни именно при проявлении максимума своих усилий человек удостоверяется, что сам ничего для вхождения в рай сделать не может. «Согрешил я против неба и пред тобою, – обращается блудный сын к отцу, – и уже недостоин называться сыном твоим» (Лк. 15:21). Смирение – единственное, что привлекает Благодать Божию, которая, учитывая намерения человека, за него делает то, что он пытался сделать сам, без Бога.

В Евангелии от Иоанна Господь часто говорит о Своем возвращении к Отцу (Ин. 16:5, 7, 10, 16, 28; 17:11), но также отмечает: «всех привлеку к Себе» (Ин.12:32). То есть возвращаясь Сам, возводит и нас. Как? Крест стал условием нашего возвращения в рай. Жертва Того Единого безгрешного, кто достоин называться Сыном Божиим, Господа нашего Иисуса Христа предначертала покаяние человека единственным залогом возвращения ему лучших одежд, перстня как знака власти, которые и символизируют райское состояние (см. Лк. 15:22).

– Как можно думать о лучших одеждах, когда Господь распят нагим, о перстне как символе власти, когда предан позорной смерти на Кресте как раб?

– Во всей полноте рай раскроется последователям Христовым в пакибытии, а здесь, на земле, жизнь христианина – крестоношение. Мы неоднократно говорили, что без личной голгофы в рай войти невозможно. «Ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23:43), – именно со креста благоразумный признавший свою вину, то есть раскаявшийся, разбойник услышал это обетование Того, Кого исповедал Спасителем. Любовь Христову можно почувствовать только на кресте. Об этом особенно ярко свидетельствуют жития наших новомучеников: когда надеяться уже не на что, все предано и попрано, тогда наступающая смерть вдруг являет блаженное единение со Христом, который и есть наш рай.

– То есть в новозаветное время возвращение в рай равносильно взысканию Христа?

– Да, по сути все евангельское вероучение о том, как это сделать. Сами люди неоднократно задают Христу этот вопрос. В синоптических* Евангелиях этот вопрос звучит так: «Учитель благий! что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную?» (Мф. 19:16, Мк.10:17; Лк.10:25; 18:18). И Господь отвечает: исполняй заповеди. И только тогда, когда юноша отвечает, что заповеданное сохранил от юности своей, Христос говорит ему: «Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною» (ср. Мф. 19:21; Мк. 8:34; Лк. 9:23). Тех, кто захотел, и называют последователями Христа.

На языке Евангелия от Иоанна вопрос этот можно задать вместе с самарянкой: «Где мы должны поклоняться Богу, чтобы истинно поклоняться?» (см. Ин. 4:20). И Спаситель отвечает: «Настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине» (Ин. 4:23-24). Святитель Иоанн Златоуст объясняет: Христос говорит о Церкви,  где Дух – это Дух Божий, а Истина – собственно Спаситель наш Иисус Христос. И поклониться Отцу в Духе и Истине человек может только в Церкви, поскольку она и есть тот Богочеловеческий организм, который главой имеет Христа и оживотворяется Духом Святым. С другой стороны, только благодаря Церкви человек имеет возможность очищаться от греха, то есть сотворять свой ум и сердце чистыми, и тогда «поклонится в духе и истине» значит — через чистое сердце и чистый ум. (см. Златоуст, Толкование на Ин.).

Никодим в Евангелии от Иоанна, как мы знаем, вообще не успел задать вопроса, хотя пришел с той же проблемой: Что нужно сделать, чтобы спастись? (см. Ин. 3:1-21) И Христос, пожалуй, именно ему очень четко на это внутреннее вопрошание ответил: «Истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие» (Ин. 3:5). Надо стать чадом Церкви – это обязательное предварительное условие вхождения в рай.  Об этом говорили святые и древних и новейших времен: «Вне Церкви нет спасения».

– Можно ли сказать, что христиане призваны являть райское пространство уже здесь, на земле? И сам опыт пребывания внутри общины в Церкви – есть актуальное переживание рая?

RaspyatiejpgМожно, и об этом достаточно часто рассуждают святые толкователи, особенно опираясь на слова Христа из Евангелия от Иоанна: «грядет час и ныне есть» (Ин. 5:25), «наступает время и настало уже» (Ин. 4:23). Церковь – средоточие жизни бдущего века и начаток Царства Божиего уже сейчас. Не открыв его для себя здесь, ты и в вечности его не обретешь.

Православная Церковь являет исток райской жизни для человека здесь, на земле. Но не в строительстве рая земного, а в том откровении, которое в Евангелие мы встречаем в словах Христа: «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17:20). Но раскрытие его в душах христиан не может не сказаться на взаимоотношениях между ними. В раю, сказано у апостола Павла, будет «Бог всяческая во всех» (1 Кор. 15:28). А Бог есть любовь (1 Ин 4:8; 4:16). «По тому узнают все, что вы Мои ученики, – говорит Господь всем нам, – если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:35).

«Не придет Царствие Божие приметным образом, и не скажут: вот, оно здесь, или: вот, там»  (Лк. 17:20) – потом и кровью ветхий человек выдавливается из нас, но та радость о Духе Святом, которая вселяется по совершении этого внутреннего труда в сердце человека, подвижником переживается как рай.

Простой пример: Адам и Ева до тех пор, пока не пообщались с сатаной, переживали место, куда их вселила десница Божия, как рай. После же исполнения дьявольского навета внешне ничего не изменилось, но для Бога у них «закрылись» сердца. И тотчас же началось мучение: Адам бегает от Бога, прячется, лукавит Ему, упрекает за Еву, значит и ей уже не рад. Рай перестал быть раем! Исключительно от сердечного воления зависит восприятие человеком реальности своей жизни как рая или ада.

– Отличается ли евангельский рай от того, который утеряли прародители?

– Да, в силу того, что Бог, соединив с Собой человеческое естество нераздельно и неразлучно, возвел нас на новую высоту, соответственно и рай поднят выше изначального. Соблазн, которым дьявол возжелал нас погубить: «будете, как боги» (Быт. 3:5),  Крестной Жертвой Господа нашего Иисуса Христа обращен нам во спасение. Причащаясь Тела и Крови Христовой, мы приобщаемся Его Божественного естества. Об этом слова царя-псалмопевца: «вы – боги» (Пс. 81:6), боги по благодати! Евангельский рай – это уже сидение одесную Бога Отца, на высоте Божества, дарованного нам в Духе Святом Богом Сыном.

– Почему свою внутреннюю жизнь надо таить? У детей же все на виду. А сказано: «Если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное» (Мф 18:3).

– Потому что, когда человек совершает что-то на виду, он и ищет внешнего. Похвалы людской, а не отклика от Бога. И Царствия Божиего внутри себя не созидает. Поэтому Господь и предупреждает в Нагорной проповеди: «Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного» (Мф. 6:1). Здесь же можно привести и заповедь о молитве: «Когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми» (Мф. 6:5) И заповедь о посте: «Когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися» (Мф. 6:16). Подвиг посвящен Богу и должен совершаться исключительно перед Ним. Тогда добро, которое творится тайно, обрящется явным в пакибытии. А ребенок обладает той цельностью и чистотой, при которой обнаружение внутреннего мира не чревато расхищением: если он любит – то любит, и никто его в этом не переубедит, если ему горько – он плачет и ему за это не стыдно!.

– Эта детскость отличает юродивых и по сути есть пребывание в раю посреди повседневности, – не так, как «нормальные» взрослые: скрываюсь, чтобы получать дивиденды в вечности, претерпевают, чтобы быть утешенным потом?

– Действительно ребенок переживает блаженство здесь и сейчас. Также и юродивый – он уже осенен благодатью. В Евангелиях перед Преображением на горе Фавор Господь говорит ученикам: «есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как…» и дальше по одному из Евангелий: «…уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем» (Мф. 16:28; ср. Мк. 9:1). Здесь, конечно, в историческом контексте, говорится лишь о тех апостолах, которые присутствовали на горе Преображения. А что для всех остальных, честно подвизавшихся, но не сумевших достигнуть этого идеала во время своей земной жизни? Как объясняют святые экзегеты, для таких Царствие Божие, пришедшее в силе, потом  явиться по милосердию Божию в пакибытии как рай.

Толкователи ответа Христа богатому юноше: «Если хочешь быть совершенным…» (Мф. 19:21) объясняют именно как указание на тех, кто войдет в число открывших для себя Царствие Божие здесь, на земле, актуально переживших его силу и славу. Это наши преподобные – Сергий Радонежский, Серафим Саровский, Амвросий Оптинский, Силуан Афонский. А о том, какой ценой обретается эта фаворская реальность, можно прочитать в их житиях.

– Отец Георгий, есть аскетический принцип: что отдал, то твое – но твое там, в перспективе вечной. А почему тогда в притче о 10 девах, разумные жадничают, не делятся елеем? «Пойдите лучше к продающим и купите себе» (Мф. 25:9), – увещевают неразумных.

– Под елеем здесь подразумевается являемая душой жертвенная любовь. Она есть непременное условие для вхождения в Царствие Божие. А если таковой нет, то пойдите к продающим, то есть к тем, кто в ней нуждается, и купите себе, то есть научитесь ее проявлять. Способностью любить поделиться невозможно. Ее человек должен раскрыть в себе в течение своей земной жизни сам.

– Но неразумные девы пошли, как им сказали, но потом на брак допущены не были…

– Время человеческого делания ограничено. Очень просто лишиться спасения, не успеть! Об этом надо помнить постоянно. «Если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно (одиночество – в святоотеческой традиции признак ада); а если умрет, то принесет много плода» (Ин. 12:24). Это призыв и утверждение, что без полной отдачи себя Богу и ближнему, не откладывая этого на потом, человек не в состоянии обнаружить в себе милость любви, а значит открыть Царство Божие. Это горизонталь подвига. Но само по себе никакое служение, благотворительность не спасают, а только если с Богом и в Боге соделаны. Здесь исполнение слов Христовых: «без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15:5).

– Как научиться слушаться Христа?

– Об этом говорится в притче о сеятеле (см. Мф. 13:1-8), где также дан образ зерна, которое вбрасывается в землю, – это как раз и есть дар Царства Божиего, которое всевается в сердце человека при обновляющем и очищающем его Крещении. Из притчи известно, что семя прорастает и приносит плод, если почва оказалась доброй. Таковой ее может сделать только исполнение заповедей Божиих и покаяние, приносимое в таинстве исповеди, если что-то не удалось. Для того Агнец Божий и  бывает раздробляем за нас, чтобы омыть нас Своею Пречистою Кровию и собрать воедино. Церковь есть Тело Христово, где глава – Сам Господь. Это вертикаль восстанавливаемого в Церкви Богообщения, послушания Христу.

Рай – это место, где действует только воля Божия. Другой воли там совершаться не может. Окажись там кто-то со своей греховной волей, которая хотя бы на йоту отклоняется от Божественной, он уже радоваться и наслаждаться не сможет. Значит подготовка к вхождению в рай – самоотвержение, исправление и соподчинение своей греховной воли воле Божественной. Тому, кто по-настоящему любил, не надо объяснять, что это такое. «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15:13).

Пример нам подан Самим Христом в Его Гефсиманском молении. Здесь и соподчинение воле Отца: «не Моя воля, но Твоя да будет» (Лк. 22:41), и Жертва за всех нас. Это вершина, на которую совосходили великие святые. Преподобный Силуан Афонский молился за всех людей: «Молю Тебя, Милостивый Господи, да познают Тебя Духом Святым все народы земли». И при этом известны его же слова, что молиться – это кровь проливать. Пролей кровь и приими Дух Святой – вместо бесовского, который, как известно, изгоняется постом и молитвой (Мф.17:21). Ими же усмиряются плоть и парение ума.

Для этого и дан Великий пост, чтобы перестать слушать плоть, мир и бесов. И прислушаться ко Христу. Читать Евангелие. В сорокадневный пост, который и прообразует поприще Великого поста, Господь в Иорданской путыне именно Словом Божиим, цитатами из Священного Писания отражал искушения сатаны.

– В символике кругов Богослужения, которые повторяются изо дня в день, из года в год, пока длится жизнь каждого конкретного человека, заложена однако идея выхода: Великий пост, например, оканчивается Страстной седмицей: Распятие, смерть, Воскресение, а после Воскресения уже не может быть смерти.

– Сам по себе ежегодный пост – это призыв человека погрузиться в ту духовную реальность, в которой он должен пребывать постоянно. И символы Великого поста – это спасительный для души идеал духовной реальности. Ежегодное вхождение в Великий пост дает человеку возможность постепенно к этому идеалу приблизиться. Не сразу, не моментально. Если человеку сразу поставить условия: строжайший пост, непрестанная молитва, безпрекословное послушание, – как это принято у подвижников, – у него ничего не получится. «Никто к ветхой одежде не приставляет заплаты из небеленой ткани, ибо вновь пришитое отдерет от старого, и дыра будет еще хуже. Не вливают также вина молодого в мехи ветхие; а иначе прорываются мехи, и вино вытекает, и мехи пропадают» (Мф. 9:16-17). Здесь речь о чрезмерном подвиге.

В Великий пост самой главной молитвой является молитва Ефрема Сирина: «Господи и Владыко живота моего, дух праздности, уныния … не даждь мне». На первом месте стоят вот эти два самых страшных греха: праздность и уныние. Уныние сявзано с той крайностью, в которую человек впадает, взяв на себя непосильную ношу подвига. А крайностей надо избегать. Христианство всегда человека призывает действовать и жить в меру своих сил и возможностей.

– А можно сказать, что в принципе у каждого человека в его духовном опыте есть пространственно-временная точка в Евангельской истории, которую надо обрести? У подвижников, которым мы призваны подражать, такие евангельские или даже апокалиптические координаты явно были: Страшный Суд у прп. Силуана Афонского, который еще до принятия монашества, даже в трактире умом, как сказано в его житии, предстоял на Страшном Суде, для Батюшки Серафима Саровского это, безусловно, Пасха.

– Мне вспоминается блаженная Параскева. Когда на Пасху весь приход праздновал и разговлялся, ей сделали замечание: «Почему ты ничего не ешь?» А она, будучи юродивой, ответила: «А я думала, что сегодня Великая Пятница». Вся ее жизнь стала Великой Пятницей! Она понимала: до тех пор пока она не соединится – не отчасти лишь переживая эту духовную реальность как дату церковного календаря, – а именно пока она не соединится в сораспятии со своим Женихом Христом, для нее Пасхи наступить не может. Однако здесь есть опасность впасть в прелесть, превратив для себя свое представления об особой координате своего духовного пути в некий идол. В духовной реальности идолов отнюдь не меньше, чем в материальной.

Что является критерием истинности или ложности духовного опыта?

– Любовь. Идол не может в человеке вызвать того же чувства, которое мы имеем по отношению ко Христу. Церковь Христова, начиная с эпохи Вселенских соборов, не просто обличала и низлагала ереси, она защищала дар любви, принесенный Христом человечеству. Эпоха Вселенских соборов – борьба за сохранение истинного учения, как любить Бога и ближнего. Задача Церкви – развить в человеке это чувство истинной любви и научить интуитивно ощущать, что этой любовью не является.

– А рай может стать своеобразным «идолом»? Когда человек участвует в таинствах Церкви не по любви ко Христу, а чтобы «в рай попасть»?

– Может. Поэтому Церковь очень немного сведений и открывает нам о рае. Умалчивает о том, кого мы можем встретить там. Только штришки, намеки, символы, – чтобы человек не привязывался ни к кому и не к чему, кроме Христа. Даже апостол Павел, когда был восхищен до третьего неба, ничего не смог объяснить: «Око не видело, и ухо не слышало, и не всходило то на сердце человека, что приготовил Бог любящим Его» (1 Кор. 2:9).

* Синоптические Евангелия (греч. συνοπτικός, букв. «со-наблюдающий» от греч. σύν, «вместе» и греч. όψις, «видение, зрительное восприятие») — три первые книги Нового Завета (Евангелия от Матфея, Марка и Луки).

Беседовала Ольга Орлова

Источник: Журнал «Покров». 2014. №3.

Дата последнего изменения: 26.02.2016