Предательство любви и таинство славы. Интервью протоиерея Георгия Климова журналу «Покров»

prot_Georgiy_KlimovНад одной из самых сложных евангельских тем – предательстве и предании, которые вопреки злобе сатанинской обернулись нашим спасением, – размышляем над богооткровенными страницами вместе с преподавателем Священной истории Нового Завета МДАиС и Высших Богословских Курсов МПДА, благочинным Троицкого округа Москвы протоиереем Георгием Климовым.

– Отец Георгий, с чего началась история предательства человеком Бога и как Господь ответил на предательство человека?

– О предательстве человеком Бога говорится в самых первых главах книги Бытия, когда после сотворения человека и поселения его в рай повествуется о грехопадении (Быт. 3:1–7). Уже тогда Господь готов исправить ошибку человека, если только сам согрешивший того возжелает. «[Адам], где ты?» – вступая в диалог, Всеведующий Создатель пытается обратить прячущегося к покаянию. Но человек, замкнутый в своей гордыне, уже не уразумевает смысла обращенного к нему Слова. Если бы Адам любил Господа, то несомненно – попросил бы прощения. Но тем, что он обвиняет Бога, первочеловек лишь свидетельствует, что отныне не знает Творца, не помнит Его благодеяний, упрекает за них. Адамов ответ – запечатление той пропасти, которую грех установил между Господом Богом и им.

Новые скорбные заповеди (Быт. 3:16–19), которые Бог налагает на падшего человека, – лишь епитимия, призванная уврачевать искаженные после грехопадения представления человека о Боге и о себе самом. Прямому проклятию подвергаются только земля: «проклята земля за тебя» (Быт. 3:17), – говорит Бог Адаму; и змий (в образе змия сатана): «проклят ты перед всеми скотами…» (Быт. 3:14). И далее в проклятии змия уже содержится Первоевангелие – пророчество об Искупителе: «и вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и семенем ее» (Быт. 3:15). Господь, даже наказывая человека, как любящий Отец являет прежде всего любовь и заботу: отводит прямые проклятия от человека и предрекает рождение Спасителя.

Человек опомнился: он снова верит Слову Создателя, что тут же выражается в наречении Адамом имени своей жене – Ева («жизнь», «производительница жизни»). Это и исполнение новой заповеди о господстве над женой, и вторократное (ср. Быт. 2:23) благодарение за жену, «которую Ты мне дал», вместо бывших после грехопадения обвинений, и исповедание надежды о рождении Мессии.

– Господь лишь приоткрывает перспективу окончательного примирения между Собой и человеком (Быт. 3:15), однако сразу же исцеляет трещину, которая наметилась в отношениях между самими первосупругами. Почему?

– После утраты человеком единства с Богом в Духе Святом плотское родство оказывается для прародителей единственно возможным союзом любви: «…оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут [два] одна плоть» (Быт. 2:24). Однако на пределе своем эта тайна любви осуществится только с боговоплощением.

Адам и Ева уже в первом своем ребенке, объединившем их в плоть едину, чаяли увидеть Спасителя: «Приобрела я человека от Господа» (Быт. 4:1), – сказала роженица. Но пророчество обнищавшей Духом Святым обманчиво: Каин стал первым убийцей. И только в Церкви как Теле Христовом мы стали «один человек» (см. Гал. 3:28, Еф. 2:14–16 и др.) – об этом мы говорили в прошлой нашей евангельской беседе (см. Свобода по-евангельски. «Покров», №7, 2013. – Ред.).

Теперь нам открыто доступное для нашего естества единство с Богом по плоти: «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем, – говорит Господь о Таинстве Причащения. – Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, так и ядущий Меня жить будет Мною» (Ин. 6:54–7).

И в то же время тайна Церкви осуществляется как тайна брака: «Тайна сия велика есть: аз же глаголю во Христа и во Церковь» (Еф. 5:32). Поэтому так важно было сохранить в человеке способность любить хотя бы друг друга: «мужчину и женщину сотворил их» (Быт. 1:27).

Если первопредательство нашими прародителями Бога можно было квалифицировать как любопытство, ошибку, желание самоутвердиться, то в Евангелие, а значит и в нашей жизни христиан, предательство – это определенно измена. Самой любви Божией, которая пришла в мир, воплотилась, принесла себя в Жертву Голгофскую, пострадав за меня на Кресте.

– Почему в Ветхом Завете Бог достаточно жестко ведет и испытывает человека, а в Новом доверяет свободу деятельно и по-своему ответить на Благую весть каждому из нас?

– Потому что в Ветхом Завете отношения Бога и человека и людей между собою строились на справедливости. А наше спасение совершилось на Великой несправедливости – Жертвенной к нам любви Бога. Мы согрешили, а Господь на Кресте: где же здесь справедливость?

Если Ветхий Завет, будучи оградительным средством, очерчивал – справедливость и суд – как нижний порожек и подступ к Богообщению, то Евангелие открывает Святая Святых Жертвенной любви и милости Божией к нам.

В Новом Завете Бог предоставляет человеку самому догадываться и решать, как предназначенный ему дар спасения унаследовать и получить. Где любовь, там свобода; и свобода может быть только там, где любовь. Любящим разве нужны регламенты?

В Ветхом Завете заповеди о любви к ближнему основаны на принципе: не делай ближнему того, чего не желаешь себе, – и это справедливость. В Новом же Завете – делай ближнему то, чего желаешь себе и даже более – Христу: «так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Мф. 25:40–5), – и это любовь. Разница – колоссальна. Потому что не сделать что-либо ближнему мог себе позволить и ветхозаветный человек, а вот сотворить новозаветную заповедь и научить другого может только споспешествующий Благодатью Духа Святаго новый человек во Христе. «Без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15:5), – говорит Господь.

– Как обрести Христа?

– Любовь есть союз совершенства (см. Кол. 3:14). Сразу погрузиться в эти отношения плотскому, искаженному грехом человеку невозможно. Этому предшествуют те духовные процессы, которые делают человека способным Огонь Божественной любви вместить. А это есть не что иное, как заклание своего ветхого человека. Нам это тяжело и неприятно. Но ценность для нас отношений со Христом определяет и меру решимости это совершить.

– То есть вопрос всегда – на пределе, ежеминутно – состоит в том, предать себя или Христа?

– Евангелие открывается покаянием (Мк. 1:4 и др.): человек должен выйти из состояния самоослепления собственной персоной, ее якобы богатством и красотой. В закрывающем Новый Завет Апокалипсисе лейтмотивом тот же призыв, что только свидетельствует о его актуальности (Откр. 3:17–19 и др.).

Евангельские заповеди блаженства, которые все основаны на отказе человека от самости, – это такие уступы нагорного восхождения ко Христу, в Его Горний Иерусалим. В четвертой заповеди: «Блаженны алчущие и жаждущие правды…» (Мф. 5:6), – многие толкователи, в частности святитель Иоанн Златоуст, под словом «правда» читают – справедливость. Нельзя стать милостивым (следующая ступень), пренебрегая справедливостью…

– А тогда это действительно – крест, если мы заговорили о справедливости.

«Отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мк. 8:34). Как? Исполняя заповеди, восходя от ветхозаветных к новозаветным.

Проблема нашего времени в том, что умом мы эти заповеди не только читаем, но и «исполняем» – соглашаемся с ними. А Господь от нас требует другого – надо всем существом своим их исполнить. Вижу по TV дом малюток или хоспис с умирающими стариками, как к ним приходят люди… Может быть, даже слезу уроню, уверяя себя тем самым, что и я «не против», а только «за» Евангельский закон. Но если я на этом бездейственном благодушии успокоюсь, я предал Христа и себя. Дорога в ад вымощена благими намерениями.

В той же Нагорной проповеди, где Господь возвещает нам Заповеди блаженства, говорится об «опасности лжеисповедания»: «Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили? И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Мф. 7:22–23). Казалось бы, здесь-то в чем предательство? Что-то даже делали именем Христа; и, судя по всему, успешно, если предъявляют претензии с указанием на результат.

Блаженный Феофилакт Болгарский ставит вопрос: как Всеведующий Бог может кого-то не знать? И далее объясняет: знанием Он здесь называет любовь. А как же Сама Любовь, – спросим тогда мы, – может кого-то не любить? И тогда становится понятно, что за словами «Я никогда не знал вас» стоят другие: «вы никогда не любили Меня».

Эти люди не возблагодарили Бога за все, что Он для них сделал: вложил в их уста пророчества, в руки – дары чудотворений и власть над бесами. Такую власть имел и апостол Иуда Искариот – один из 12 посланных первыми благовествовать. Господь тем самым более всех других приблизил этих людей к Себе. Они в самих себе имели это свидетельство бытия и благости Божией и всевластия Спасителя. Но они не прославили Бога. Приписали каждый этот дар себе.

Даже по аналогии с человеческими отношениями это то, что более всего похоже на прямое предательство. Когда мать по любви к сыну отдает ему всю свою жизнь, а он, воспринимая все как должное, даже не помышляет о благодарности, уходит – он уверен, что это он осчастливил мать.

pred2– Как всем своим существом ощутить, что ты Господа предаешь, предал? И что делать с этой виной?

– Предательство напрямую сопряжено с любовью. И только через любовь его можно и осознать. Но как любовь нельзя определить, ее можно только почувствовать – так же и предательство. Чувство вины, которое довлеет над человеком после совершенного греха, – это всегда чувство предательства: «Предал я кровь неповинную» (см. Мф. 27:4). Истинная потребность к покаянию руководствуется желанием загладить это предательство – вернуться снова в отношения любви, попросить прощения.

Евангелие свидетельствует, что Господь знает о нашей удобопреклонности к предательству. Даже апостолы на слова Иисуса: «один из вас предаст Меня» (Мф. 26:21), – все стали спрашивать: «не я ли, Господи?» (Мф. 26:22). Его милосердие предоставляет каждому массу возможностей избавиться от склонности даже потенциально это предательство совершить.

Но даже если предательство совершено, пока мы живем на земле – для нас не закрыта возможность покаяния. Это пример Петра, который раскаялся и был Господом в апостольское достоинство возвращен. Много известно святых, которые обращались от глубин греха и восходили ко спасению.

– А как научиться жить так, чтобы Христа не предавать?

– Очищать свою совесть. Не оправдывать себя в грехах, не перекладывать вину на других.

– Философ Василий Розанов писал, что «связь пола с Богом бóльшая, чем связь ума с Богом, даже чем связь совести с Богом». В Евангелии не говорится ни об одной женщине, предавшей Христа. Почему роль предателей в Евангельском повествовании отведена мужчинам?

– На Кресте осуществилось Адамово обвинение Бога: Создатель взял ответственность за творение – «вземляй грех мира», всю вину на Себя. Ева не обвиняла Творца – об этом мы говорили в нашей беседе «Женские образы Евангелия» (см. «Покров», №2, 2013. – Ред.)

Святитель Иоанн Златоуст задавался вопросом: почему Евангелист Матфей упоминает, хотя не должен был, имена женщин в родословной Христа (Мф. 1:1–16)? И отвечает на этот вопрос так: евангелист этим хочет показать читателю, что помимо правды законной есть еще правда веры и покаяния, которая и вводит человека в вечную блаженную жизнь. Женщины, которые включены в родословие, по словам Златоуста, или язычницы, или злонравны. Но они имели главное – веру и покаяние!

Важен также исторический контекст: в древнем мире женщину считали не более, чем вещью. Смирение – это то, что ставит человека – любого, не только женщину – вне возможности предать Бога. Оттого-то Господь и предлагает научиться от Него именно кротости и смирению (Мф. 11:29).

И кроме того, тело Христа, как писал святитель Игнатий (Брянчанинов), «имело необыкновенную стройность и красоту, как воспел о Нем пророчественно праотец Его святой пророк Давид: прекраснейший из сынов человеческих (Пс. 44:2). Но телесная красота Богочеловека отнюдь не производила на женский пол тех впечатлений, которые обыкновенно производит на них красота мужчин… Напротив, тело Христово исцеляло все страсти душевные и телесные. Каким свойством оно было проникнуто, такое свойство оно и сообщало».

– Почему в Новом Завете Бог достаточно просто позволяет Ему изменить? В Ветхом Завете Он как-то больше ревновал.

– Царство Пресвятой Троицы, открытое нам в Церкви Христовой, это царство милости и любви. Сюда никого нельзя ввести насильно. Это может быть только свободное произволение взаимной любви. Бог, вложивший в человека дар свободной воли, оставляет эту свободу неприкосновенной. Предательство – это всегда свободный выбор человека: остаться с Богом или изменить Ему. В чем? В Его любви. Господь не может человеку сказать прямо: «Если ты за Мной не пойдешь, ты будешь жариться на сковородке!»

– Но Он же об этом знает! Не про сковородку, конечно, а вообще…

– Но прямо не говорит. Хотя иногда говорит – когда встречает, например, на Крестном пути жалеющих Его женщин: «дщери Иерусалимские! не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших» (Лк. 23:28).

– Предательство Бога всегда оборачивается преданием, в конце концов, и себя, и своих детей на муки и смерть?

– Да, и наш недавний исторический опыт об этом свидетельствует. Отвержение Господа никогда не проходит даром. Но в Книге Деяний есть упоминание о покаянии 5000 иудеев после одной только проповеди апостола Петра: они умилились духом и уверовали в Спасителя (Деян. 3–4).

Но чаще Господь говорил не прямо, а рассказывал притчу, апеллировал к повседневному опыту. И пока человек не созрел до понимания того духовного принципа или процесса, который имел в виду Христос, это слово оставалось в его сознании в виде представления о чем-то другом. О сорняках на поле или девушках, запоздавших явиться к Жениху. А при должных обстоятельствах истинный смысл сказанного раскрывается, и человек уже сам, по своей собственной воле устремляется ко Христу.

– Какая из притч Христовых более других раскрывает суть предательства и верности во взаимоотношениях?

– Притча о блудном сыне. Каков вызов младшего сына отцу? Отдай мне все, то есть умри для меня сейчас, поскольку в права наследования обычно вступали по смерти родителя. Предательство, поскольку оно связано с любовью, с отказом от любви, – это всегда даже на подсознательном уровне предание другого на смерть.

– Может ли Господь предать человека?

– Нет, под отцом в притче о блудном сыне толкователи как раз признают Бога Отца, ждущего блудного сына, хранящего его лучшие одежды, которые возвращаются в покаянии. Бог может предать человека на какие-то страшные, вразумляющие обстоятельства. Или точнее, как мы уже сказали, человек сам себя и свое потомство на них обрекает, если отворачивается от Творца.

Со стороны Бога это не предательство, это – предание: хотите жить без Меня, как хотите. Обетования же Божии непреложны: «Забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего? но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя» (Ис. 49:15).

– А как же вопль Богооставленности Господа Иисуса Христа на Кресте, когда Его Пречистая Матерь предстояла рядом: «Или, Или! лама савахфани? то есть: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мф. 27:45).

– На Кресте мы видим Любовь Отца – распинающую, Любовь Сына – распинаемую, Любовь Духа – торжествующую силою крестною, – говорил святитель Филарет Московский. И Христос перед Крестными страданиями обращается к Отцу: «Отче! пришел час, прославь Сына Твоего, да и Сын Твой прославит Тебя» (Ин. 17:1). Он не говорит: предай. Он говорит: прославь. Крест – это таинство славы.

Так же и избранных Бог предает на страдания ради славы Божией. Это опыт мучеников, новомучеников и исповедников Российских. Но устоять в истинном исповедании Христа перед лицом страданий и даже смерти может только укрепляемый Благодатью Духа Святаго человек.

– То есть вопрос предательства решается всегда на уровне принятия или отвержения Духа Святаго?

– Да, в этом и «опасность лжеисповедания», о которой мы говорили. Главная Жертва принесена Богу Христом. «Только ради Христа делаемое доброе дело приносит нам плоды Духа Святаго», – говорил в своей знаменитой беседе с Николаем Мотовиловым преподобный Серафим Саровский.

Поэтому Христос и говорил, что только хулящим Духа Святаго не простится ни в сем веке ни в будущем (Мф 12:31–32). Но не простится по той причине, что они сами не захотят попросить прощения, ввергая себя в состояние бесовского делания, когда человек сознательно отказывается приносить покаяние при полном понимании, что без покаяния ему не спастись.

А так даже апостолы до ниспослания им Духа Святаго могли не понимать, не помнить, что им говорил Учитель, предавать Христа: лжемессианская просьба сынов Зеведеевых (Мк. 10:37), желание их низвести огонь с неба для истребления непонятливых самарян (Лк. 9:54–55) или жаление Христа Петром еще до троекратного отречения (Мф. 16:22–23). «Утешитель же, Дух Святый, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам…» (Ин. 14:26).

– Дух Святый в Священном Писании зачастую связан с памятью. В этом же смысле приятия Духа Святаго истолковывается апокалиптическое увещевание: «Но имею против тебя то, что ты оставил первую любовь твою. Итак вспомни, откуда ты ниспал, и покайся» (Откр.2:4-5)?

– Да, также именно о Духе Святом Христос говорит: «Он будет свидетельствовать о Мне» (Ин.15:26). Осмысляя опыт новомучеников и исповедников Церкви Русской важно помнить, что именно свидетельство Духа Святаго в человеке о Христе – истинное свидетельство.

– Батюшка Серафим наставлял, что именно стяжание Духа Святаго и есть цель христианской жизни. Слово «грех» с греческого переводится: мимо, промазать. А недостижение цели христианской жизни – все равно что грех?

– Нет, человек просто не успел. Покаянием все восполняется.

– О каких самых серьезных предательствах Христа говорится в Евангелии?

– Два самых серьезных предательства Господа совершают ближайшие Его ученики – апостолы Петр и Иуда Искариот. Из Евангелия мы знаем, что измена Господу – это всегда духовная катастрофа в жизни человека. О малодушии Петра и его покаянии мы уже говорили в первой нашей беседе (см. Без Креста нет Христа. «Покров», №1, 2013. – Ред.).

Главное же предательство Учителя учинит Иуда. Литургическое предание Великого Четверга говорит о нем, что он тать и сребролюбец, а еще – льстец. Святитель Иоанн Златоуст говорил, что Иуда был наглый человек. Что делает человека наглецом? Уверенность в том, что ты всегда прав. Это фарисейское самомнение, когда человек вдруг замыкается на себе как на последней инстанции, и сделало из ученика предателя.

– Именно поэтому Господь предостерегал учеников: «берегитесь закваски фарисейской, которая есть лицемерие» (Лк. 12:1)?

– Лицемер совершает троякое предательство. Во-первых, по отношению к Богу, потому что, надмеваясь своими религиозными знаниями, сам себя уже сделал «праведником», который не нуждается ни в спасении, ни в милости Божией. Во-вторых, по отношению к ближнему, который, оказавшись в беде, ищет помощи, а лицемер, прикидываясь тем священником или левитом из притчи о добром самарянине, бежит мимо по своим «праведным» делам. В-третьих, по отношению к самому себе, потому что то высокое и подлинное, что вложено в душу Творцом, искажает и предает.

Сущность лицемерия очень четко обозначена Господом в восьмикратном горе: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры…» (см. Мф. 23:13–32). Фарисейство всегда вырождается в предельно жестокое отношение к ближнему. Что может быть страшнее, чем забирать последнее у вдов? Нормальный человек на это может решиться? Конечно, нет. А фарисеи это делали. «Вы даете десятину с мяты, аниса и тмина», – говорит Господь, – чтобы пыль в глаза пустить! «А важнейшее в законе: суд, милость и веру, – оставили» (см. Мф. 23:23). Суд – потому что спокойно допускали лжесвидетельства на суде, как и при предательстве Христа. Милость – потому что были жестоки. А веру – потому что исказили истинное учение о Мессии, который именно через любовь и милость приходит к человеку.

Общество фарисеев – это общество жестокости. Вдумайтесь в смысл объявлений, которые мы постоянно слышим в метро. В нормальном обществе разве надо объявлять в громкоговоритель: «Уступайте места старикам, инвалидам и беременным!» Откуда эта жестокость? Одна из причин – лицемерие, когда человек надевает маску праведной добропорядочности. Такому человеку Бог не нужен. Он даже мешает ему. Так же как мешал Христос фарисеям. Об этом же писал Ф.М. Достоевский в притче о Великом Инквизиторе.

kr– Ради чего фарисеи предали Христа?

– В одном из евангельских событий – исцелении прокаженного в Капернауме – Господь повелевает ему принести дар и пойти показаться священникам и добавляет: «во свидетельство им» (Мф. 8:4). Святитель Иоанн Златоуст толкует эти слова так: Господь говорит ни в доказательство, ни в уверение, ни в убеждение, но во свидетельство – чтобы когда они поставят Меня на суд, ты засвидетельствовал, что Я сделал для тебя, а они остались в своем нечестии. То есть сознательно не приняли очевидное.

Фарисеи, как знающие Писание, не могли не видеть, как сбываются предсказанные пророками признаки Пришествия в мир Мессии, и не могли не понимать, Кто перед ними. Но они сознательно отвергли Его. Потому что не могли простить Иисусу, что из-за Него лишаются духовной власти над людьми, а значит и всего того, что она им предоставляла. Это властолюбие, сребролюбие и сластолюбие и заставили их предать Христа.

– Этот же мотив двигал и Пилатом, который мог бы – в данном случае во спасение – послушать голоса жены, просящей не причинять вреда Праведнику (Мф. 27:19)?

– Да, все мотивы предательства Господа тривиальны. Когда фарисеи, вынуждая Пилата предать Христа на смерть, говорят ему: «Если отпустишь Его, ты не друг кесарю; всякий, делающий себя царем, противник кесарю» (Ин. 19:12), – они ясно дают понять, что донесут на Пилата, если он не сделает так, как они хотят. И он, чтобы не потерять это вольготное место, соглашается им услужить.

– А зачем Христа предал народ, почему они кричали: «Распни!»? Им-то чего было терять?

– А они хотели это вольготное место получить, причем всем скопом сразу. Весь народ был заражен недугом национально-религиозной гордости. Даже про апостолов нельзя сказать, что среди них все в этом смысле было чисто. Иисус восшел во Иерусалим как Мессия. Напряжение возрастало: ждали, что Он должен сделать то, что Он, с их точки зрения, сделать должен был. Но когда Христос показал им, что Он не собирается освобождать их от иноземного ига, расправляться с Пилатом, низводить 12 легионов Ангелов на землю, чтобы всех уничтожить, кроме израильтян, – народ себя чувствует обманутым. Преданным в самых заветных своих мечтах. Другое дело, что они не могли Пилату это прямо сказать. Когда он их спрашивает: Какую вину Он совершил? А что ответить? Что Христос тебя не убил? Мы так этого ждали и не дождались? «Они же излиха вопияху: «Пропни Его!»

– Святитель Игнатий (Брянчанинов) все перечисленные выше человеческие страсти со вторым корнем «любие», заставляющие человека предать Христа, сводил к миролюбию и строго предостерегал от всякого рода мечтательности. В чем опасность этих суррогатов любви?

– Это как раз то, что порабощает человека князю мира сего (Ин. 14:30). Сатана не может, как бы он того ни хотел, влезть на место Бога Творца. Душа обнаружит обман. Поэтому лукавый пускает в ход эти подмены. То, что во всех этих словах – «властолюбие», «сребролюбие», «сластолюбие» – присутствует слово «любовь», доказывает, что заменить Бога, любовь к Богу можно только на другую «любовь». Потому что иначе душа не воспримет замены: она знает, что создана для любви.

Среднестатистический грешник, когда грешит, делает это не ради самого греха, не потому, что душа его ненасытно алчет зла, которое грех в себе непременно содержит. Нет, он ищет счастья, думая, что, совершив грех, он это счастье получит. А Бог, который есть Истина, говорит: ты это счастье сможешь получить, только отказавшись от греха. Эта перемена мыслей, чувствований, сердечных расположений с установки «я хочу грешить, чтобы искать счастье», – на осознание: «я не буду грешить, чтобы счастье обрести», – и есть покаяние. Тогда для человека Сам Бог становится источником радости, блаженства и веселия.

Доверься Мне, – говорит Господь, – и тогда действительно то, чего ты ищешь, войдет в твое сердце, в твой ум, во все твое естество и тебе не надо будет уже ничего другого.

Беседовала Ольга Орлова.

Журнал «Покров». 2013. № 8.

Дата последнего изменения: 21.02.2016